Св. Герард Герб Икона Божьей Матери
Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни. Ин.8,12

5-е воскресенье Великого поста

Первое чтение Иер 31, 31–34

Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: "познайте Господа", ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более.

 
 

Второе чтение Евр 5, 7–9

Христос во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти; и услышан был за Свое благоговение; хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию, и, совершившись, сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного.

 
 

Евангелие Ин 12, 20–33

Из пришедших на поклонение в праздник были некоторые Еллины. Они подошли к Филиппу, который был из Вифсаиды Галилейской, и просили его, говоря: господин! нам хочется видеть Иисуса. Филипп идёт и говорит о том Андрею; и потом Андрей и Филипп сказывают о том Иисусу. Иисус же сказал им в ответ: пришёл час прославиться Сыну Человеческому. Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесёт много плода. Любящий душу свою погубит её; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит её в жизнь вечную. Кто Мне служит, Мне да последует; и где Я, там и слуга Мой будет. И кто Мне служит, того почтит Отец Мой.

Душа Моя теперь возмутилась; и что Мне сказать? Отче! избавь Меня от часа сего! Но на сей час Я и пришёл. Отче! прославь имя Твоё. Тогда пришёл с неба глас: и прославил и ещё прославлю. Народ, стоявший и слышавший то, говорил: это гром; а другие говорили: Ангел говорил Ему. Иисус на это сказал: не для Меня был глас сей, но для народа. Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон. И когда Я вознесён буду от земли, всех привлеку к Себе. Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертью Он умрёт.

 

Проповедь 1

Дорогие братья и сёстры!

Сегодняшнее Евангелие состоит из двух основных частей. Первая – более простая и понятная. Во второй Иисус объясняет ученикам, через что Ему надо пройти.

Вначале мы слышим о людях, которые пришли издалека и ищут Иисуса. Из их уст мы слышим фразу «нам хочется видеть Иисуса». Мы не знаем точно, что было причиной их путешествия в Иерусалим: может торговля, может участие в праздниках, а, может быть, встреча с Иисусом, о котором они, наверно, много слышали. Одно мы знаем точно: эти люди горели желанием увидеть Его. Мы не знаем, какой путь прошли они в поисках Иисуса, но знаем, что искали Его и нашли. В этом помогли сначала Филипп, потом Андрей. Какие выводы мы можем сделать из этой первой части сегодняшнего Евангелия? Кто ищет Иисуса, тот обязательно Его найдёт, и в этом нам могут помочь другие. У каждого человека есть свой собственный путь к Богу.

В одной деревне люди рассказывали мне о том, как во время гонений поздно вечером втайне собирались на молитву, как плотно закрывали шторы и ставни на окнах, чтобы не было видно с улицы, как шёпотом молились, чтобы стукачи, которые подслушивали, ничего не слышали. Эти люди нашли Иисуса, доверились Ему и, несмотря на угрозы и опасности, собирались, чтобы прославлять Бога, осознавая, что Он играет в их жизни важную роль. Таких примеров можно бы приводить много.

Давайте зададим себе вопрос: ищу ли я Иисуса, как Еллины из Евангелия, сейчас, во времена свободы совести, когда найти Его намного легче? Желаю ли встретиться с Ним?

Во второй части сегодняшнего Евангелия Иисус говорит о том, что Ему предстоит, о страданиях, смерти и воскресении. «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесет много плода»… Иисус говорит о себе – Он есть зерно, брошенное в землю, Он должен умереть, чтобы дать жизнь другим. Говоря о себе, Иисус думает также о нас, потому что каждому из нас предстоит быть смолотым в мельнице судьбы, чтобы выйти белой мукой для выпечки хлеба, который будут вкушать другие. Иисус, говоря о часе Сына Человеческого, о предстоящем времени страданий, приглашает нас к трудному шагу в свой человеческий час, как будто хочет нам сказать: «иди ко Мне, я раньше тебя уже прошёл все эти дороги и знаю: хотя они трудны и тяжелы, но ведут к победе». Трудности в нашей жизни мы можем преодолеть только с Иисусом.

Как когда-то Филипп и Андрей повели за собой греков к Иисусу, так 5-е воскресенье Великого Поста ведёт нас к торжеству Пасхи.

 

О. Зенон Генец CSsR

Проповедь 2

Если зерно не умрёт

Стих 12, 24 «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно» стал, к несчастью, чем-то вроде безличного закона духовной плодотворности: надо умереть, чтобы принести плоды. Но в евангелии эти слова вовсе не безличностны! Такой прекрасной, и одновременно пугающей, Иисус видит Свою смерть.

Он говорит нам: «На кресте Я всех привлеку к Себе». Перспектива огромна: всех людей. Всех, спасённых Иисусом, Его смертью и воскресением.

Но тут же охватывает смятение: «Душа Моя теперь возмутилась; и что Мне сказать? Отче! избавь Меня от часа сего!»

После чего вновь возникает картины грандиозного дела Спасения: «Но на сей час Я и пришёл. Отче! прославь имя Твоё».

Если бы Иисус не умер при столь драматичных обстоятельствах, он остался бы выдающейся или даже исключительной исторической фигурой – но одинокой. А согласие на эту так пугающую Его смерть приносит невиданный плод: Он становится Спасителем всех людей, магнитом, притягивающим всех.

Этому нас учат. Но можно ли узнать, как смерть одного спасает всех? Это очень трудно для понимания. Поскольку в Иисусе человеческая природа сплетается с божественной, всё, чего Он касается, отмечено этим элементом божества, нам недоступным.

Мы видим два аспекта. Эта смерть настигает всех. В Иисусе, бого-человеческом зерне пшеницы, непостижимым образом соединены все люди всех времён. Его смерть, как и воскресение, может настичь и преобразить их всех. Вот что можно сказать о плодотворности этой смерти: «Если умрёт, то принесёт много плода».

Но как спасение из этого зёрнышка может принести обильные плоды? Каким образом эта смерть становится «спасительной»? Здесь перед нами, как представляется, необыкновенная победа, которой мы не в состоянии будем оценить до конца света. Это победа любви над ненавистью и эгоизмом.

Мы созданы, чтобы любить, но у нас это не получается. Этот человек, Сын Человеческий, совершит то, что станет нашим освобождением, нашим исходом, нашей пасхой. После смерти и воскресения Иисуса возможность любить и побеждать грех, который всегда от недостатка любви, будет дана каждому.

Иисус умирает на для того, чтобы послушно выполнить некий наказ Отца, суть которого осталась бы «вне» Его глубинной сущности. Иисус не умирает, сокрушенный коалицией сил зла. Во второй евхаристической молитве это выражено в нескольких словах: «Он, добровольно предавая Себя на смерть…».

Да, Иисус был послан Отцом, но послан с добровольной миссией любви, и миссия была принята с учётом того риска, с каковым было связано вступление в мир, эту тюрьму зла, двери которой предстояло открыть сыну Человеческому. Он откроет их наиболее плодотворным, наиболее спасительным деянием, актом, что был бы не по силам ни одному из людей. И одно погибшее зерно даст огромнейший урожай.

 

О. Андре Сэв
(по книге André Sève, Homilie niedzielne
Kraków 1999)

Проповедь 3

Его час

Они пришли в самый триумфальный момент, когда на улицах ещё звучат приветствующие Иисуса возгласы, когда на въезде в Иерусалим ещё не собраны с земли одежды и ветви, которые толпа постилала Ему под ноги. Миру интересны те, кто добивается успеха. После успешного выступления идола толпы обступают репортёры, фотографы, собиратели автографов и млеющие от восторга почитатели. Благодаря известности приходят и новые сторонники.

Именно такие потенциальные новые почитатели, привлечённые криками «Осанна!», сегодня выражают желание увидеться с Иисусом. Это греки, причём наверняка это иудеи-прозелиты языческого происхождения. Не имея возможности добраться до Иисуса, они просят о посредничестве Филиппа и Андрея, единственных из Двенадцати, носящих греческие имена.

Интерес нескольких чужеземцев к пророку из Галилеи, обычное дело, не имеющее особого значения, в глазах Иисуса вырастает до уровня символа. Он видит в этом явленный Ему знак: «Пришёл час прославиться Сыну Человеческому», – говорит Он окружающим (Ин 12, 23). О каком же прославлении здесь идёт речь? Неужели о том, что слава Иисуса выходит за скромные пределы избранного народа и докатывается уже до далёкой Греции, Рима и всего огромного в те времена языческого мира? Так может показаться на первый взгляд. Но контекст записанного Иоанном высказывания решительно отвергает толкования подобного рода. Час Иисуса, о котором, когда приходят греки, Он сам говорит: «пришёл час», это не час земной славы и успеха. В этот солнечный весенний день, приодетый свежей зеленью пальм, ещё наполненный радостными криками толпы, бьёт для Иисуса час Его смерти. Ведь иудейский Синедрион уже решил, что Его надо убить (ср. Ин 11, 53). А сегодняшний триумфальный въезд в Иерусалим только ускорит исполнение приговора, поскольку иудейская верхушка испугается, что пророк может стать слишком популярным, а значит и опасным. «Фарисеи же говорили между собою: видите ли, что не успеваете ничего? весь мир идёт за Ним» – сообщает Иоанн (Ин 12, 19).

Исполненные добрых побуждений, но любопытные греки, возможно, подумали, что неплохо бы установить личный контакт с человеком, которого народ только что провозгласил царём и с помпой проводил в город. С таким можно далеко пойти. Сколько правоверных иудеев, да что там – среди самих учеников Иисуса таких, что думают так же. Рядом с Мессией им видятся слава, богатство и власть. Уже сейчас они охотно поделили бы между собой троны, на которых надеются посидеть (ср. Мф 20, 20n). Будут когда-то и такая слава, и такое богатство, и такая власть. Но прежде придётся сойти далеко вниз, в жуткую ночь одиночества, мук и смерти. Иисусу известна Его судьба, поэтому Он давно уже готовит учеников к наихудшему. Ещё когда они брели из Галилеи в столицу, Он говорил им: «Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть; и предадут Его язычникам на поругание и биение и распятие» (Мф 10, 18-19; а также 16, 21; 17, 22-23). Кто из тех, кто сегодня так теснится вокруг, захочет тогда пойти с Ним? Кто выдержит? «…Оставив Его, все бежали» – напишет впоследствии Марк (Мк 14, 50). Они испугаются. Человек Иисус тоже боится «часа своего». Внезапно развернувшаяся перед ним картина унижений, пыток и смерти столь ужасна, что с уст Иисуса срывается признание: «Душа Моя теперь возмутилась; и что Мне сказать? Отче! избавь Меня от часа сего!» (Ин 12, 27). Спустя несколько дней, в Гефсиманском саду, этот страх вернётся в ещё более устрашающей форме, источая из истерзанного тела кровавый пот (см. Лк 22, 44). Смертельно скорбя (ср. Мф 26, 38), сердце Обречённого ещё настойчивей, чем прежде, будет молить Отца об избавлении (см. Лк 22, 39-44).

Однако и сейчас, на улицах Иерусалима, и позднее в горнице, в кругу доверенных учеников, Иисус назовёт это свой страшный «час», который уже пришёл, часом, несущим Ему славу, часом прославления Сына Человеческого (ср. Ин 12, 23.28; 13, 31-32). Он скажет так, потому что знает больше и видит дальше других. За действительностью страстей и смерти Он видит действительность славы и жизни.

Он уже пытался говорить об этом ученикам. Почти в каждом из высказанных Им пророчеств о грядущих мучениях звучало одна, пусть короткая, но полная надежды фраза: что через три дня воскреснет (см. напр. Мф 16, 21; 17, 23; 20, 19). Почему они так и не поняли этих слов? Почему никогда не воспринимали их всерьёз (см. Мк 9, 32; Мф 16, 22-23)?

Смерть сына Человеческого не будет ни концом, ни поражением. Она будет началом и победой. «И когда Я вознесён буду от земли, всех привлеку к Себе», – говорит Иисус, устремившись внутренним взором во многомерность «часа своего» (Ин 12, 32; ср. 3, 14).

Сегодня, когда бьёт этот дивный, полный парадоксов, одновременно злой и добрый, писанный тьмой и светом, сокрушительный, но и возносящий ввысь час, Иисус знает, что должен в него войти. И войдёт. Ведь для этого часа Он и пришёл (см. Ин 12, 27).

Кроме этого, Иисус попытается как можно доступнее передать ученикам также и великую истину о смерти, перерождающейся в жизнь, истину, которой живёт Он сам. Поэтому Он начинает говорить, и то, что Он скажет, станет самым отталкивающим, но и самым соблазнительным во всём Евангелии. «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесёт много плода. Любящий душу свою погубит её; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит её в жизнь вечную» (Ин 12, 24-25). Иисус говорит о Себе. Это Он то самое зерно, бросаемое сегодня в землю и, казалось бы, обречённое на погибель. Он должен умереть, чтобы дать жизнь другим. Должен сделать добровольный шаг в смерть, шаг, который кто-нибудь, возможно, назовёт безумной ненавистью к собственному существованию, а на самом деле это будет жертва, несущая славу принесшему её и пользу всему миру.

Говоря о Себе, Иисус думает о нас. Ведь мы тоже зёрна. Как убедить бедное человеческое зёрнышко, что надо идти в землю? Или что надо позволить перемолоть себя в жерновах судьбы, чтобы выйти из них мукой для хлеба другим людям? А главное: как научить влюблённых в жизнь безумцев трудному искусству меры, отказа от своего, постоянных жертв своим временем, имуществом, здоровьем, счастьем, даже жизнью на благо других? Ведь все эти требования неизбежно встанут когда-нибудь на пути ученика Христова. И ни одного из них не избежишь, если хоть раз в жизни брал в руки Благую Весть и прочёл там, как безмерно возлюбил некогда один Человек другого человека.

Иисус не видит другого способа подтолкнуть меня к трудному шагу в мой собственный, человеческий час, кроме как сказав мне: «Приди ко Мне. До тебя Я прошёл весь этот путь. И знаю, что он хоть и страшен, однако ведёт не к смерти и небытию, а к победе. А самое страшное и непосильное со Мной, но только со Мной, можно будет вынести, а иногда и полюбить».

Прислушаемся к этому приглашению Иисуса, летящему к нам сквозь столетия со двора иерусалимского храма, где на великих часах истории впервые пробил «Его час»: «…Кто Мне служит, Мне да последует; и где Я, там и слуга Мой будет. И кто Мне служит, того почтит Отец Мой» (Ин 12, 26).

Пятое воскресенье Великого поста ведёт нас, как когда-то Филипп и Андрей жаждущих увидеть Мессию греков, к Иисусу. Это ещё не Иисус Пасхи. Он ещё висит на кресте. Ещё не преодолел тёмной части своего «часа», той, в которой зерно умирает, скрывшись в земле. Но Он преодолеет. Но уже скоро и небо, и земля воспоют Ему «аллилуйя».

Побудем с Ним в час испытаний, ведь он пройдёт. Ежегодно возвращающаяся Пасха напоминает: кто поставил на Жизнь, тот будет жить. Кто отважился на шаг в страстные муки со Христом, тот с Ним войдёт и в час Его и своей славы. Бедный, напуганный ученик, смелее!

Часы предназначений не останавливаются. И для тебя их стрелки не остановятся на Страстной Пятнице!


О. Станислав Подгурский CSsR

Проповедь 4

Не сомневаюсь, что каждый из нас, заходя сегодня  в храм, задал себе вопрос: почему закрыты кресты и иконы? Весь Великий Пост мы всматривались в распятого Христа, а теперь Его лик закрыт перед нашим взором. Почему? Так сразу невозможно ответить на этот вопрос. Задумаемся, что скрывается за этим знаком, к чему ведет нас сегодняшняя Литургия.

Приближаемся к концу Великого Поста – времени покаяния и обращения. Cледующее воскресенье – это уже Вербное Воскресенье, воспоминание входа Господня в Иерусалим. Постараемся  полнее cсосредоточиться на Слове Божием и не придавать особого значения тому, что  может нас отдалить от  самого главного.

Сегодня Слово Божие приглашает нас задуматься  очередной раз над смыслом и значением креста в нашей жизни.

Хотя слово «крест» и не прозвучало ни в одном из трех чтений, тексты говорят нам об этой действительности.

Первое Чтение из книги пророка Иеремии говорит о том, что наступают дни, когда Сам Господь заключит с нами новый завет, и вложит закон во внутренность, и на сердцах напишет его.

И не нужно будет никаким внешним образом показывать его. Право  любви, службы, посвящения себя другим –  все это выражается в знаке креста.

Посмотрим, что в наши сердцах. Готовы ли мы переступить порог Славы Отца Небесного?

Именно такой переход является Пасхой! А может быть, наш грех - помеха в этом переходе?

Если это действительно так, то вместе с псалмопевцем повторим: Сотвори во мне, Боже, сердце чистое и дух правый обнови внутри меня! Дай радость Спасения!

Нужно сделать шаг и оживить в себе желание обновления через таинства.

Преступая порог божественной действительности, мы превозносимся вместе со Христом. И это наш час! И это возможно!

 «Пришел час прославиться Сыну Человеческому. Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода. Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную».

Что это за ЧАС ПРОСЛАВЛЕНИЯ? Час прославления Иисуса, час Его славы, Его вознесения – час ЕГО МУКИ, СМЕРТИ И ВОСКРЕСЕНИЯ, час, ради которого Он пришел от Отца. В этот час Иисус подобен пшеничному зерну. Он умирает на кресте, чтобы в тайне Воскресения  принести плод жизни для каждого из нас.

«Любящий душу свою погубит ее». Как понимать эти слова? Как можно потерять жизнь, любя ее? Иисус имеет в виду эгоистическую любовь к мирскому, преходящему,  приятному, к тому, что не имеет в себе перспективы вечности. 

«Ненавидеть жизнь» - это значит жить, соблюдая  соответствующую евангельскую дистанцию. Переживать жизнь как паломник, а не постоянный жилец с пропиской на земле. Заботиться о жизни и охранять ее, осознавая, что полноту жизни мы откроем лишь в вечности. Это не доступно никому, только Богу и нам, потому что касается самой интимной нашей сферы – отношений с Господом.

Закрываем лик Господа, умирающего на кресте, в который мы всматривались до сих пор, чтобы всматриваться в Него в нашем сердце. Этот знак ведет нас прежде всего к глубокому переживанию веры. Действительность жизни  и смерти записана в наших сердцах.

А в моей жизни, в моих буднях, не веду ли я себя так, как будто смерть для меня была концом всего? Может я  смело всматриваюсь в горизонт  жизни и вижу дом моего ЛЮБЯЩЕГО ОТЦА? Учусь ли я у Иисуса настоящей любви?

Достойно и с трепетом будем переживать час Иисуса и нашего Часа во время ПАСХАЛЬНОГО ТРИДЕНСТВИЯ и во время тайны Евхаристии.

 

О. Павел Мрочек CSsR