Св. Герард Герб Икона Божьей Матери
Блаженны хранящие откровения Его, всем сердцем ищущие Его. Пс 118,2

Великий (Страстной) Четверг

Первое чтение Исх 12, 1-8.11-14

И сказал Господь Моисею и Аарону в земле Египетской, говоря: месяц сей да будет у вас началом месяцев, первым да будет он у вас между месяцами года. Скажите всему обществу Израилевых: в десятый день сего месяца пусть возьмут себе каждый одного агнца по семействам, по агнцу на семейство; а если семейство так мало, что не съест агнца, то пусть возьмёт с соседом своим, ближайшим к дому своему, по числу душ: по той мере, сколько каждый съест, расчислитесь на агнца. Агнец у вас должен быть без порока, мужеского пола, однолетний; возьмите его от овец, или от коз, и пусть он хранится у вас до четырнадцатого дня сего месяца: тогда пусть заколет его все собрание общества Израильского вечером, и пусть возьмут от крови его и помажут на обоих косяках и на перекладине дверей в домах, где будут есть его; пусть съедят мясо его в сию самую ночь, испечённое на огне; с пресным хлебом и с горькими травами пусть съедят его.

Ешьте же его так: пусть будут чресла ваши препоясаны, обувь ваша на ногах ваших и посохи ваши в руках ваших, и ешьте его с поспешностью: это - Пасха Господня. А Я в сию самую ночь пройду по земле Египетской и поражу всякого первенца в земле Египетской, от человека до скота, и над всеми богами Египетскими произведу суд. Я Господь. И будет у вас кровь знамением на домах, где вы находитесь, и увижу кровь и пройду мимо вас, и не будет между вами язвы губительной, когда буду поражать землю Египетскую. И да будет вам день сей памятен, и празднуйте в оный праздник Господу во все роды ваши; как установление вечное празднуйте его.

 

Второе чтение 1 Кор 11, 23-26

Братья,

Я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Моё, за вас ломимое; сие творите в Моё воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Моё воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьёте чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придёт.

 

 

Евангелие Ин 13, 1-15

Перед праздником Пасхи Иисус, зная, что пришёл час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их. И во время вечери, когда диавол уже вложил в сердце Иуде Симонову Искариоту предать Его, Иисус, зная, что Отец всё отдал в руки Его, и что Он от Бога исшёл и к Богу отходит, встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался. Потом влил воды в умывальницу и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан. Подходит к Симону Петру; и тот говорит Ему: Господи! Тебе ли умывать мои ноги? Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после. Пётр говорит Ему: не умоешь ног моих вовек. Иисус отвечал ему: если не умою тебя, не имеешь части со Мною. Симон Пётр говорит Ему: Господи! не только ноги мои, но и руки и голову. Иисус говорит ему: омытому нужно только ноги умыть, потому что чист весь; и вы чисты, но не все. Ибо знал Он предателя Своего, потому и сказал: не все вы чисты. Когда же умыл им ноги и надел одежду Свою, то, возлёгши опять, сказал им: знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам.


Проповедь 1

Во время первой мировой войны в Карпатах на русскую засаду напали австрийские разведчики. В бою все разведчики погибли. Один из них, тяжелораненый, но все-таки ещё живой, сломал веточку дуба, обмакнул в окровавленную рану, и написал кровью на листке, упавшем с дерева: «До свидания Мама!» Позже австрийские солдаты нашли возле него написанное кровью письмо, запечатали его в конверт, и отослали матери. Упавшая духом мать хранила написанное кровью письмо до конца своей жизни. Оно было настолько дорого ей, что в этом листке она видела своего сына.

Это только в малой степени схоже с тем, что сделал для нас Господь. В день перед своей смертью Сын Божий оставил Церкви незабываемую память, написанную своей кровью: Своё распятое тело и пролитую кровь. Он сам себя запечатлел в хлебе и вине, завещал на все алтари мира, и позволил всем жаждущим вкушать Его. Иисус оставил нам не письмо высохшей крови на листке, а Своё живое Тело и Кровь.

2000 лет назад на Тайной Вечере совершилось великое чудо. Господь взял в свои руки хлеб и дал Его вкусить своим ученикам, говоря: «Это есть Тело Моё». Позже взял чашу с вином, говоря: «Это есть Кровь Моя».

На следующий день это Тело висело на кресте, и Его кровь сочилась из пробитого сердца, смывая все грехи мира.

В прошедшем 2005 году каждый из нас имел возможность задуматься над Евхаристией, поскольку этот год был полностью посвящён этому Таинству. Пускай в сегодняшний день, в котором Господь установил Евхаристию, каждый себе поставит несколько вопросов, и самое главное – в тишине своего сердца найдёт ответ:

  • Что такое Евхаристия для меня?
  • Глядя  на  меня, на мою духовную жизнь, можно ли  сказать что, христианин есть человек Евхаристии?
  • Позволяю ли я, чтобы Евхаристический  Иисус входил в мою жизнь,  изменял меня  и  был  Пастырем  моей  жизни?  А может, я  думаю, что сам, без  Бога найду истинный путь?

    Сегодняшний день очень важен также для священнослужителей. Потому что именно сегодня, на той же Последней Вечере Иисус установил святую тайну священства. «Это совершайте в память обо мне».

    Это не случайно, что Евхаристию и священство Иисус установил в одно время. Без сомнений можно сказать, что священство было установленное в первую очередь для Евхаристии. Там, где нет священника, нет и Евхаристии, нет Святой Мессы. В таких случаях никто не может заменить священника. И об этом очень часто говорят люди, живущие в местах, где недостаёт священников. Я думаю, каждый из нас, живущих в России, не раз ощутил эту проблему.

    Священство есть дар, как и Евхаристия. Дар Бога для человека. И в то же время, как и Евхаристия, есть тайна. Не однажды я, как священник, встречал людей, которые никак не могли понять эту тайну, не могли понять: почему человек отвергает всё в этой жизни только для того, чтобы полностью отдать себя на служение Господу.

    Каждый священник так же, как и все люди, – человек, слабый и грешный, человек, который нуждается в молитве. Ты молишься за священников? А может, только критикуешь их?

    И поэтому пусть у Вас будет в сердце молитва папы Иоанна Павла II о призваниях к священству:

    «Боже, Святой и Твердыня Своей Церкви,
    разбуди в нём через Духа Твоего
    верных и преданных служителей Святых Таинств,
    чтобы за их служением и примером,
    при Твоей помощи,
    христианский люд следовал на пути спасения. (...)
    Укажи на тех, кого Ты выбрал на служение Тебе».
    Аминь.

    О. Николай Бычок CSsR

  • Проповедь 2

  • Смирение в служении любви

    Вслушиваясь в полные простоты, и в то же время глубины слова повествования евангелиста Иоанна, мысленно мы переносимся в иерусалимскую горницу, чтобы увидеть последние часы Того, Кто, «возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их» (Ин 13, 1). Через несколько мгновений в этом простом прямоугольном зале на втором этаже нанятого на вечер дома (см. Мф 26, 18), исчезнувшего в бурях истории, но отстроенного крестоносцами на старом фундаменте и окрылённого возвышенной, как их вера, готикой, начнётся прощание Иисуса с Его учениками. Прозвучат самые трогательные, самые интимные и предназначенные только любящим слова, котрые позднее ученик Иоанн соберёт воедино и поместит в пяти незабываемых главах своего Евангелия (главы с 13 по 17). Совершатся также последние великие чудеса. Вместо Ветхого Завета Иисус установит новую жертву, из Своего Тела и Своей Крови, сокрытых под видом хлеба и вина (ср. Mк 14, 22-25; Mф 26, 26—29; Лк 22, 19—20; 1 Koр 11, 13—25). Хранить и совершать эту жертву будет доверено новым священникам, которые понесут чудо сегодняшнего вечера в грядущие века (ср. Лк 22, 19; 1 Koр 11, 25). Где Евхаристия и Священство Христово, где новая Жертва и новые Жертвенники, там и новые общины христиан, новый Народ Божий, уже не синагога, а Церковь.

    Что будет первым шагом в этот святой вечер 13 дня месяца нисана, вечер великих слов и великих даров? Иоанн записал, что Иисус «встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался. Потом влил воды в умывальницу и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан» (Ин 13, 4-5). Вспышку любви Иисус предваряет актом глубочайшего смирения.

    К головокружительным высям, где Хлеб уже не хлеб и Вино – не вино, а таинство Тела и Крови Иисуса, к достоинству подателя Божьих Таин, действующего уже не от своего имени, но от имени Вечного Первосвященника, к общине, которая станет для мира Общиной спасения и свидетельства, ученики Иисуса должны идти тропой смирения. Кто этого не понял, кого не проняла до конца мысль, что его место у ног других, а наивысший титул для него – слуга, тот пусть не рвётся ни к Евхаристии, ни ко священству. И пусть также хорошенько подумает о смысле своего «нахождения в Церкви».

    Сегодня Иисус уже не впервые учит своих учеников смирению. Ещё когда они вместе бродили по дорогам Галилеи и тут же спорили между собой, кому достанутся лучшие места в обетованном царстве (ср. Мф 20, 21n), когда старались угадать, кто же из них наивысший (ср. Мф 18, 1; Мк 9, 33), Он поставил посреди них ребёнка и велел каждому стать столь же малым и незначительным, как это дитя. Даже если сейчас они не помнят прозвучавших тогда слов, то вспомнят их завтра и запишут. Для себя и для нас. «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное» (Мф 18, 3-4). И другое наставление, по сути своей равнозначное: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть бóльшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом» (Мф 20, 25-27). Уже тогда Иисус ставил им в пример Самого Себя. Уже тогда учил, что самым надёжным для их жизни и образа действий является не какой-то другой пример смирения, а тот, который Он им подаёт. Он, Кто «кроток и смирен сердцем» (Мф 11, 29), Кто «не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мф 20, 28).

    Сегодня Он ещё раз повторит им это. Уходя с Земли, Он оставит им «на память» не только непостижимые дары своей доброты и всемогущества, но и ещё более непостижимую тайну собственного унижения. Как слуга или раб, Он опускается на колени у ног своих учеников, чтобы омыть их. А затем скажет ученикам: «Знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам» (Ин 13, 12-15).

    Казалось бы – просто ещё один урок смирения. Но поскольку он дан именно в этот, погружённый в атмосферу любви до конца (ср. Ин 13, 1) вечер, то стóит задать себе вопрос: неужели Иисус сделал это только для того, чтобы выбить у учеников из головы «барство»?

    Евангелия свидетельствуют, что для Иисуса всегда имела значение только любовь. Любовь, а не смирение, выдвигается в Его жизни на первый план, является сутью Его слов и движущей силой Его поступков. С этим Он пришёл к нам, это нам пожертвовал и это, уходя, оставляет. Если Сын Божий «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп 2, 8), то шаг этот был продиктован не какой-то непонятной для нас тягой к самоуничижению, а тем, что Павел выразит одной лапидарной фразой: возлюбил меня и предал Себя за меня (ср. Гал 2, 20; см. также Рим 8, 37; Еф 5, 2).

    Иисус никогда не возносил на пьедестал «смирение ради смирения». И если призывал к нему, Сам его практиковал, то потому, что оно было одной из составляющих любви, той самой любви, которую Он пожертвовал человеку. Оно было формой любви. Оно всецело служило любви и в ней черпало своё значение и величие.

    Чтобы достучаться до сердца человека, мало сказать ему: «я тебя люблю!» Мало даже заключить его в объятия. Нужно также подарить ему свою любовь в такой внешне заметной форме, чтобы он мог поверить в неё и протянуть к ней руки. Именно так и поступал Иисус. Вся любовь в Его жизни, от воплощения до смерти и после неё, высказанная в словах и явленная в делах, всегда была любовью, подносимой человеку деликатно, с уважением к его личности, не навязывающая строгих правил или готовых решений, умеющая долго ждать ответа и не требующая сразу всего от тех, кто прямо сейчас может дать только крохи. То есть это была любовь, озарённая изнутри смирением, смиренно подносимая и удовлетворённая даже тем немногим, что мы даём в ответ. Иисус хочет, чтобы такой она и осталась в сознании Его учеников. Поэтому именно сегодня, в этот прощальный вечер, вечер накануне Его смерти, то есть в минуты, которые запомнятся надолго, Он дарует им Свою любовь, выраженную актом глубочайшего смирения, и Своё смирение, озарённое любовью. Он омывает им ноги, как бы желая этим действием, приличествующим лишь слугам, сократить имеющуюся дистанцию между Ним, Который «от вышних», и учениками, которые «от нижних» (ср. Ин 8, 23), прежде чем сказать им, что они Его друзья и Он их любит (ср. Ин 13, 34; 15, 9.12.15). Только после этого Его смиренного услужения ученики будут способны воспринять как заверение в Его любви к ним, так и то, что уже в эту ночь совершит из любви к Ним. Принять так же, как просто, обыкновенно и близко, как обычно принимается любовь матери.

    Не будем ослаблять узы, которыми Иисус связал смирение и любовь.

    В достопамятный первый Страстной Четверг нам был оставлен завет омывать друг другу ноги (см. Ин 13, 14), а что ещё важнее – любили друг друга (см. Ин 13, 34-35; 15, 12.17; 17, 11.21). Лучше никогда не пытаться опускаться на колени у ног другого человека, если мы не любим Иисуса и если с этим человеком не любим друг друга. Если акт смирения, на который мы решаемся, не будет служить любви, и более того, если сам он не будет полной смирения любовью, такой, какую восхвалял Павел, когда писал, что любовь не превозносится, не гордится, не ищет своего (см. 1 Кор 13, 4-5), то мы исказим его, превратим во что-то безвкусное, смешное, фарисейское и отталкивающее. Это нетрудно, ведь смирение, будучи служением, всегда с охотой видит над собой некоего господина. И если лишить его любви, оно пойдёт служить гордыне, чванству, людским соображениям и даже материальной выгоде. Если мы хотим быть спокойны насчёт подлинности и ценности нашего смирения, то должны оставить его в том контексте, в который поместил его Иисус. Пусть оно будет формой любви. Пусть служит любви. Пусть ведёт к любви и находит способы оказать её ближнему.

    В христианстве нет смирения ради смирения. Как все заповеди у нас являются составной частью одной великой заповеди любви (ср. Мф 22, 40), так и все добродетели принимает под своё крыло и придаёт им ценность и красоту любовь, и только любовь (ср. 1 Кор 13, 1n). В соответствии с этим правилом и вечер Страстного Четверга, несмотря на то, что Иисус начал его унизительным делом раба, омывающего пирующим ноги, не стал апофеозом одного смирения. Он является – и останется таковым навсегда – гимном, воспевающим любовь.

    Прекрасно чувствуя, что самое основное и что по-настоящему важно, евангелист Иоанн, человек, который был при этом, начнёт описание происшедшего в этот великий день словами: «Иисус, зная, что пришёл час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их» (Ин 13, 1).

    Сегодня мы вспоминаем эту любовь. В её духе мы совершаем таинства, которые совершались там: таинство Хлеба и Вина, таинство новых служителей алтаря и таинство делающей свой первый шаг в историю общины верных. Пусть произнесённое Иисусом в Страстной Четверг «как Я возлюбил вас» (ср. Ин 13, 34; 15, 12) укажет и нам, к чем в сердце мы должны подходить к Евхаристии – таинству Любви, ко священству – служению Любви и к Церкви  общине Любви!

    О. Станислав Подгурский CSsR