Св. Герард Герб Икона Божьей Матери
Блажен муж, боящийся Господа и крепко любящий заповеди Его. Пс 111,1

28-е рядовое воскресенье

Первое чтение Ис 25, 6-10a

И сделает Господь Саваоф на горе сей для всех народов трапезу из тучных яств, трапезу из чистых вин, из тука костей и самых чистых вин; и уничтожит на горе сей покрывало, покрывающее все народы, покрывало, лежащее на всех племенах. Поглощена будет смерть на веки, и отрёт Господь Бог слёзы со всех лиц, и снимет поношение с народа Своего по всей земле; ибо так говорит Господь. И скажут в тот день: вот Он, Бог наш! на Него мы уповали, и Он спас нас! Сей есть Господь; на Него уповали мы; возрадуемся и возвеселимся во спасении Его! Ибо рука Господа почиет на горе сей.

 
 

Второе чтение Флп 4, 12-14. 19-20

Братья:

Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всём, насыщаться и терпеть голод, быть и в обилии и в недостатке. Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе. Впрочем, вы хорошо поступили, приняв участие в моей скорби. Бог мой да восполнит всякую нужду вашу, по богатству Своему в славе, Христом Иисусом. Богу же и Отцу нашему слава во веки веков! Аминь.

 
 

Евангелие Мф 22, 1-14

В то время: Иисус, продолжая говорить первосвященникам и старейшинам притчами, сказал: Царство Небесное подобно человеку царю, который сделал брачный пир для сына своего. И послал рабов своих звать званых на брачный пир; и не хотели прийти. Опять послал других рабов, сказав: «скажите званым: вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и всё готово; приходите на брачный пир». Но они, пренебрегши то, пошли, кто на поле своё, а кто на торговлю свою. Прочие же, схватив рабов его, оскорбили и убили их. Услышав о сем, царь разгневался; и, послав войска свои, истребил убийц оных, и сжёг город их. Тогда говорит он рабам своим: «брачный пир готов; а званые не были достойны. Итак пойдите на распутия и всех, кого найдёте, зовите на брачный пир». И рабы те, выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими. Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду; и говорит ему: «друг! как ты вошёл сюда не в брачной одежде?» Он же молчал. Тогда сказал царь слугам: «связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов». Ибо много званых, а мало избранных.

 

Проповедь

Не в брачной одежде

Не прилагая никаких усилий, не имея заслуг, которые можно было бы вознаградить, не получив ни минуты на размышления, я вдруг оказался в числе приглашённых на царский пир. Поскольку я был грязен и в потрёпанной одежде (а в таком случае каждый грязен и потрёпан по сравнению с той роскошью и красотой, в которую попадает), меня омыли и одели в праздничное одеяние: белое, без единого пятнышка. И вот я в зале, за царским столом.

Такое с человеком случается только в сказках или притчах. Иисус говорит, что в реальности царства небесного – тоже.

Это царство показано нам сегодня в виде брачного пира. Ни один из богословов не осмелился бы уподобить мир явлений и сверхъестественных ценностей с такой распространённой и приятной картиной, как еда и питьё за тесно заставленным столом, если бы этого не сделал сам Иисус. Ведь это Он сказал: «Царство Небесное подобно человеку царю, который сделал брачный пир для сына своего» (Мф 22, 2). Вот на этот-то пир нас и приглашают.

Сидящие сейчас за столом гости не знают: то, что пригласили именно их, а не кого-то другого, – результат мрачных, и даже трагических событий, имевших место накануне. О них нам рассказывают два евангелиста: Лука (14, 16-24) и Матфей (22, 1-14), причём у Луки оно выглядит несколько иначе, нежели в только что прочитанном фрагменте из Евангелия от Матфея. Оба сходятся в том, что первое приглашение на свадебное пиршество было адресовано не тем, кто сейчас занимает места для гостей. Его получили соседи и знакомые, с которыми устроитель пира наверняка был дружен уже давно. Однако они пренебрегли его приглашением. Почему? Притча не объясняет их странного поведения, ибо то, что они сами предлагают в качестве причины отказа, есть не оправдание, а отговорка. Наверняка отношения этих людей с приглашающим – у Луки это «один человек» (Лк 14, 16), а у Матфея «царь» (Мф 22, 2) – складывались не лучшим образом. Может, родовое соперничество, может, имущественные или территориальные споры, а может, династические претензии. Согласно Луке, приглашённые на свадьбу гости отказываются решительно, но вежливо, оправдываясь невозможностью прийти (ср. Лк 14, 18-20). У Матфея же призыв прийти на пиршество даёт повод к форменному мятежу: некоторые, «схватив рабов его, оскорбили и убили их» (см. Мф 22, 6). Похоже, что в притчу, в которой Иисус обрисовал ситуацию только в общих чертах, как нам и передал Лука, Матфей начинает целенаправленно вставлять дополнительные, всем знакомые подробности, чтобы таким образом «оживить» слова Учителя и использовать их для конкретных указаний своей общине. В этой его расширенной редакции сегодняшнюю притчу следовало бы понимать так: царь, устроивший пир, – это Бог. Ветхий Завет часто называет Его именно так. Свадебный пир – это новая, спасительная действительность, пришедшая на землю в момент обручения царского Сына, Иисуса Христа, с человечеством. На это застолье, с которого начинается новая всемирная история, первым приглашён избранный народ, народ, веками ведомый, наставляемый и любимый Господом. Однако Израиль пренебрегает полученным приглашением. И что ещё хуже, на протяжении своей истории он неоднократно пятнает руки кровью посылаемых к нему с Благой Вестью царских слуг. Молодая Церковь первого века хорошо помнит о таких событиях. «Кого из пророков не гнали отцы ваши? – спрашивал иудеев представший перед судом Стефан. – Они убили предвозвестивших пришествие Праведника» (Деян 7, 52).

Но неверность и измена тешатся безнаказанностью лишь до поры. Однажды мера переполнится. У Матфея ещё стоит перед глазами жуткий погром, учинённый в 70 году после Р. Х. римскими легионами под командованием Тита над Иерусалимом и его несчастными жителями. Именно этот момент он и вводит в редактируемую им притчу: «Услышав о сем, царь разгневался; и, послав войска свои, истребил убийц оных, и сжёг город их» (Мф 22, 7). Таким образом, история первого приглашения на мессианский пир законцилась трагедией. «Званые не были достойны» (Мф 22, 8). Но угощение готово. И вместо тех, кто пренебрёг им, царь пригласит других.

Матфей, пишущий своё Евангелие в первую очередь для обращённых иудеев, хочет, основываясь на только что произошедших исторических событий, хорошо известных и глубоко переживаемых этими иудеями, донести до своих новых верных мысль, что нельзя повторять ошибки прошлого. Преподнесённый Богом дар веры и Его приглашение в общину Церкви Иисуса Христа нужно незамедлительно и с благодарностью принять, хоть это и будет требовать от них многих жертв. «Ныне, когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших» (Евр 3, 7-8). Для иудея главной трудностью будет сесть за общий стол с гостями, приведёнными со всех четырёх сторон света, с улиц, закоулков и распутий, с добрыми и злыми (ср. Мф 22, 9-10; Лк 14, 21.23). Верные из общины Матфея на самом деле уже прошли этот барьер изоляции по отношению к язычникам, однако он ещё долго будет их беспокоить. Но всё же исключить бывших язычников из Церкви они уже не могут.

Это первая из забот, не дающих покоя душепастырю Матфею. Но есть и другая, ещё важнее. И он выступит ей навстречу, добавляя к притче Иисуса новую, знаменательную деталь.

Если у Луки свадебное застолье, проходящее в кругу новых, приведённых прямо с улицы гостей, протекает спокойно и без инцидентов, то у Матфея его безмятежная атмосфера внезапно нарушается неприятным инцидентом. «И брачный пир наполнился возлежащими. Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду; и говорит ему: “друг! как ты вошёл сюда не в брачной одежде?”» Он же молчал. Тогда сказал царь слугам: “связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов”» (Мф 22, 10-13).

Во времена Иисуса в Палестине не было обычая раздавать приглашённым на свадьбу гостям специальные одеяния. Но достоверность деталей Матфея не интересует. Он говорит о столь великой идее, столь великой истине, что даже сегодня она ничуть не утратила своего значения.

На мессианское пиршество, неустанно творящееся с Иисусом в Его Церкви, приглашены все. Здесь уже не учитываются ни происхождение, ни национальность, ни уровень образования, ни пол (ср. Гал 3, 28). Не важен даже уровень нравственного совершенства. Эта действительность одинаково открыта как для святых, так и для мытарей или блудниц (ср. Мф 21, 31). Но мы, переступая порог свадебного дома, изменяемся. Мы получаем брачные одежды, которые закрывают всё прошлое, пусть даже это прошлое было хуже некуда. «…Но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего», – напишет Павел к обращённым из язычества коринфянам (1 Кор 6, 11). Как только ты садишься за один стол с Господом – ты уже не кто-то там с улицы, чей запущенный вид и плохие манеры сразу выдают, что ты здесь чужак со стороны. Ты получаешь одеяние, в котором ты не просто становишься вровень с почётными гостями, но и на самом деле становишься кем-то иным: согражданином, домочадцем, другом и даже сыном (ср. Ин 15, 15; Рим 8, 29; Гал 3, 27; 4, 7; Еф 2, 19).

Такое отношение налагает некие обязательства. Необходимо сберечь брачные одежды, то есть остаться тем, кем соделала меня милость Божья. В первоначальной Церкви для этого прилагались значительные усилия. Люди жили принятой верой, соблюдали чистоту сердец, искренне творили дела милосердия. Но исключения случались уже тогда. То тут, то там люди пятнают свою жизнь грехами, отдаляются от того, чему учит вера, и, что ещё хуже, продают эту веру за соблазнительные еретические фантазии. Душепастырь Матфей, всей душой болеющий за духовное благо вверенной ему Богом паствы, не хочет молчать перед лицом таких фактов. Не может молчать!

Вот почему в пересказанной им притче Иисуса о приглашённых на пир нет хэппи-энда, она завершается предостережением: не гордись, что сидишь за царским столом, среди посреди великолепно одетых пирующих. Буквально в шаге от пиршественного зала – ночь, ужас, поражение. Легкомысленно утратишь свою брачную одежду – и бросят тебя в эту самую тьму, в эту ночь, в этот ужас и поражение, и сделает это тот самый царь, что велел пригласить тебя в его палаты.

Нынешнее христианство, многомудрое христианство конца ХХ-го века, горделиво возомнившее, что видит все Божьи тайны насквозь и так скруглило остриё евангельской истины, что оно уже никого не поранит, очень неохотно прислушивается к подобным предостережениям и угрозам, хотя они приходят к нам с каждой второй страницы Нового Завета.

Сегодняшнему верующему раз за разом говорят: достаточно, если ты примешь крещение и ещё во что-то там будешь верить, и твоё участие в дарующем счастье пиру Агнца (ср. Откр 19, 7) гарантировано навеки, как здесь, в зримой общине земной Церкви, так и потом, в вечности. А из того, что современная мода часто освобождает от вечерних туалетов на различный приёмах, многие делают вывод, что заботиться о незапятнанной белизне брачной одежды, полученной при входе в пиршественный зал, – это предрассудки и не стоит забивать себе голову мелочами. Опасное заблуждение!

Притча Иисуса (в примечательной редакции Матфея) о приглашённых на пир и изгнанных из пира за дверь была актуальна и в первые века христианства, и, тем более, в наши дни. Хотя Бог – это бесконечно милосердный Отец, хотя Христос пролил свою кровь за спасение всех людей, хотя слабостью и нуждами человека можно объяснить многое, Церковь является и должна оставаться местом для «опрятных» гостей. А христианская эсхатология – это не одно лишь небо.

Поэтому давайте почаще проверять истинность нашей веры и подлинность нашей морали. Без той требуемой от всех пригашённых брачной одежды мы в Церкви будем чужеродным телом, которое причиняет боль, чужаками, которых необходимо выгнать. Церковь этого, конечно, не сделает, ведь её задача – помочь грешнику в обращении и предоставить ему все возможности для этого. Здесь ты останешься, даже если у тебя нет подходящей одежды. Но на участие в вечном пире грядущего царства в этом случае никаких шансов нет. Не впустят! Попросту не впустят! Или в то время как другие будут в радости торжествовать от того, что жизнь была успешной и вознаграждена, ты обязательно хочешь остаться снаружи? Во тьме? Евангелие предостерегает: там будет плач и скрежет зубов (ср. Мф 22, 13).

 

О. Станислав Подгурский CSsR